Советская военная юстиция в ГДР
Места заседаний высшего органа советской военной юстиции в Германии — военного трибунала (ВТ) в/ч № 48240 с указанием числа вынесенных в 1950-1953 гг. и приведенных в исполнение в Москве приговоров к расстрелу: Берлин, район Лихтенберг (87), Хемниц (здесь располагалось советское акционерное общество «Висмут» — урановый горнодобывающий комбинат, 26), Дрезден (52), Галле-на-Заале (43), Потсдам (117), Шверин (73), Веймар (46). В 452 случаях установить место вынесения смертного приговора пока не удалось.
Советская военная юстиция в ГДР
К началу 1950 г. советская военная администрация передала органам управления ГДР функции по отправлению правосудия, а также систему исполнения наказаний. Параллельно оккупационная власть продолжала практиковать свою систему права и выносила приговоры в отношении немецких гражданских лиц. Это противоречило статье 10 Конституции ГДР. Действовавшие с 1945 г. в советской оккупационной зоне советские военные трибуналы, полномочия которых должны были распространяться собственно на военнослужащих советской армии, вплоть до 1955 г. налагали произвольные и неоправданно суровые наказания в отношении немецких граждан.
Судьи трибуналов выносили свои приговоры в зданиях тюрем органов МГБ СССР в Германии. Обвинительные заключения составлялись следователями МГБ, утверждались военной прокуратурой, а приговоры объявлялись военными судьями.
С 1945 по 1955 гг. советские трибуналы вынесли приговоры в отношении примерно 40 000 немецких граждан. Почти 3 000 из них были приговорены к расстрелу, из последних — более 1000 человек в 1950-1953 гг. До 1947 г. большинство смертных приговоров было приведено в исполнение в советской оккупационной зоне. С 1947 по 1949 гг. смертная казнь по советским законам была отменена. После ее нового введения осужденных в Германии расстреливали в Москве.
Берлин-Лихтенберг
Место расположения ВТ в/ч 48240 и тюрьмы МГБ СССР в Берлине, район Лихтенберг (выделено синим цветом), и первого здания МГБ ГДР (выделено красным цветом). До своего роспуска в 1990 г. восточногерманские органы госбезопасности занимали всю эту территорию (выделено светло-красным цветом).
Тюрьма участкового суда в Берлине, район Лихтенберг. В 1945-1952 гг. это здание использовалось НКВД/МГБ, а в 1952/53-1989 гг. — министерством госбезопасности ГДР как следственная тюрьма. С 1994 г. здесь размещается женская тюрьма, 2005.
В первые послевоенные годы советские военные трибуналы предъявляли обвинения преимущественно в участии в преступлениях фашизма — согласно директиве №10 Контрольного совета, Указу Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. и 58-й статье Уголовного кодекса РСФСР.
В 1950-е годы СВТ судебные процессы основывались почти исключительно на 58-й статье, которая позволяла привлечь к ответственности любого человека как «врага социалистического строя» или как «шпиона». Тайные судебные слушания проводились на русском языке и лишь частично переводились. Ни свидетели защиты, ни адвокаты, ни представители общественности не допускались на заседания, а апелляции обвиняемых, как правило, отклонялись.
МГБ СССР переводило всех приговоренных в ГДР к смертной казни сначала в Лихтенбергскую тюрьму в Берлине. Затем их отправляли по железной дороге в Брест, в вагонах, замаскированных под почтовые. Оттуда заключенных этапировали в Москву.
В Брестской тюрьме товарищи по заключению, осужденные в советские лагеря, в последний раз видели некоторых из тех, кто был расстрелян потом в Москве. Как впоследствии рассказывали вернувшиеся из лагерей, заключенные в Бресте могли общаться между собой только посредством перестукивания. Кто-то нацарапывал свое имя и приговор на посуде или на стенах камеры, чтобы оставить последнее известие о своей судьбе.
Советский эшелон для этапирования заключенных, в котором перевозились в Москву и немецкие граждане, 1950-е гг. / Международное общество “Мемориал”, Москва
Приговор в отношении Пауля Зига и других членов группы сопротивления Ганса Эрдлера, 1951
Смертный приговор в отношении Пауля Зига и других членов группы сопротивления Ганса Эрдлера, вынесенный ВТ в/ч 48240 18 апреля 1951 г. / Частный архив
Перевод Карла Хартверта Гедике из Дрездена в Берлин-Лихтенберг
Справка о переводе Карла Хартверта Гедике 28 июля 1951 г. из тюрьмы МГБ СССР в Дрездене в Лихтенбергскую тюрьму в Берлине, Дрезден, 1 августа 1951 г. Он был приговорен к смерти в Дрездене 7 июля 1951 г.
После вынесения приговора осужденных обычно переводили в Берлин-Лихтенберг, а оттуда перевозили на поезде в Москву в вагонах, замаскированных под почтовые отделения.
58-я статья Уголовного кодекса РСФСР от 22 ноября 1926 г. (в действовавшей редакции от 1 января 1952 г.)
Ст. 58, 1.
Контрреволюционным признается всякое действие, направленное к свержению, подрыву или ослаблению власти рабоче-крестьянских Советов и избранных ими, на основании Конституции Союза ССР и конституций союзных республик, рабоче-крестьянских правительств Союза ССР, союзных и автономных республик, или к подрыву или ослаблению внешней безопасности Союза ССР и основных хозяйственных, политических и национальных завоеваний пролетарской революции.
В силу международной солидарности интересов всех трудящихся такие же действия признаются контрреволюционными и тогда, когда они направлены на всякое другое государство трудящихся, хотя бы и не входящее в Союз ССР.
Ст. 58, 6.
Шпионаж, т.е. передача, похищение или собирание с целью передачи сведений, являющихся по своему содержанию специально охраняемой государственной тайной, иностранным государствам, контрреволюционным государствам или частным лицам влечет за собой лишение свободы на срок не ниже трех лет с конфискацией всего или части имущества, а в тех случаях, когда шпионаж вызвал или мог вызвать тяжелые последствия для интересов СССР, высшую меру социальной защиты — расстрел или объявление врагом трудящихся с лишением гражданства союзной республики и тем самым гражданства СССР и изгнание из пределов СССР навсегда с конфискацией имущества. …
Ст. 58, 10.
Пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений (ст. 58—2, 58—9 настоящего Кодекса), а равно распространение или изготовление или хранение литературы того же содержания влекут за собой лишение свободы на срок не ниже шести месяцев. Те же действия при массовых волнениях или с использованием религиозных или национальных предрассудков масс, или в военной обстановке, или в местностях, объявленных на военном положении, влекут за собой меры социальной защиты, указанные в ст.58—2 настоящего Кодекса.
Ст. 58, 11.
Всякого рода организационная деятельность, направленная к подготовке или совершению предусмотренных в настоящей главе преступлений, а равно участие в организации, образованной для подготовки или совершения одного из преступлений, предусмотренных настоящей главой, влекут за собой меры социальной защиты, указанные в соответствующих статьях настоящей главы. …